| Игорь Алексеевич Гергенредер - Маленькие странники, или Почти сказочная история - 3
|
|
Прочитайте полностью произведение Игоря Гергенрёдер Грозная птица галка. Вся книга расположена на нескольких страницах:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
|
| Маленькие странники, или Почти сказочная история - 3
|
|
На свободе нож грабителя
Они прошли немного, как вдруг услышали писк и призывы на помощь. В густой траве обнаружился вход в мышиную нору. Кто-то понаделал из срезанных веток колышки и вбил их так, что они торчали острыми концами из краёв входа. Как выбраться из норы, не поранившись? Бедные мыши, запертые в их подземном доме, умоляли выпустить их. Им надо было идти добывать съестное.
Зажигалка первой шагнула к норе и один за другим повыдергала колья. Мыши радостно выскочили наружу, принялись плясать и благодарить спасительницу.
- Но кто сыграл с вами такую шутку? – хотели знать она и её спутники.
Мыши пищали:
- Мы знаем только, как он был бы рад – поранься кто-то из нас!
- Да, да! Он очень доволен тем, что сделал с нами! – раздался голос. – Мы цвели, радовались солнцу, встречали угощением пчёл, а он срезал нас, и теперь мы высыхаем.
Зажигалка, её друзья обернулись и увидели лежащие на земле цветы.
- Мы тоже высыхаем! – прозвучал другой голос. – Он и нас срезал и бросил наземь.
Поодаль от цветов лежали ветви клёна, листья уже начали вянуть. Зажигалка воскликнула:
- И никому не известно, кто он?
- Нож! – ответили цветы и ветви.
Больше они ничего не могли сказать, между тем как произошло вот что. Один грабитель, убегая от полиции, кинулся в Тиргартен. Заметив дерево с отставшей местами корой, он сунул под кору свой бандитский нож, а потом вышел на аллею с видом приличного человека, который совершает прогулку. Однако у полицейских был портрет преступника, его опознали и арестовали. Но он не сказал, где его нож.
Тот выскользнул из-под коры дерева, огляделся: «Ага, я на воле и могу делать, что хочу!»
Свои находят своих
Нож начал слоняться по Тиргартену и безобразничать. Превратив в западню для мышей их собственную нору, он шёл и думал, что бы ещё натворить. Молодая берёзка белела гладкой корой. Нож стал надрезать её, удлиняя глубокую борозду. Рана причиняла берёзке страшную боль, по коре потёк сок. Это были слёзы деревца. А злодей и не собирался прекращать своё занятие, как вдруг с аллеи донеслось:
- Я вызову полицию!
Приближалась разгневанная пожилая женщина, и Нож трусливо убежал. Старушку зовут госпожа Розенблюм. Она ненавидит всяческое зло. Живёт она вблизи Тиргартена и любит появиться здесь на прогулке в новой шляпке. К каждой она прикалывает цветок, но только искусственный. Будь это в её воле, ни один живой никогда не был бы срезан. Более всего госпоже Розенблюм нравятся розы.
Когда Нож обратился в бегство, Зажигалка, Булочка, Котлетка и Шашлык были невдалеке. Они только что подошли.
«Какая молодец – эта дама!» – мысленно воскликнула Зажигалка. Выйдя из-под куста жасмина, она почтительно представилась госпоже Розенблюм. То же сделали Котлетка и Булочка. Девушки говорили даме, как они рады её поступку. Та старалась не выдать смущение.
Шашлык чуть было тоже не оказался тут, но предпочёл остаться за кустом. «Несомненно, она достойна симпатии, – думал он о старушке в шляпке, – но не вызовет ли у неё мой вид аппетита?»
Тем временем Нож, убегая, очутился в чаще, где его остановило тихое, но крепкое ругательство. Из зарослей папоротника поднялся детина с красным носом и таким животом, что любой бы изумился: «Вот это брюхо!» Казалось, в нём могли уместиться пара откормленных индеек и гусь в придачу. Под стать брюху был большущий рот с толстыми губами.
Не так давно детина жил в деревне, где все знали его как отъявленного браконьера. Он подстреливал косуль, ланей и других животных, на которых запрещено охотиться. Ненасытно вылавливал рыбу из водоёмов, расставляя сети и подводные ловушки – верши. Пруды, где раньше рыба так и играла, пустели. Браконьер не раз попадался. Грубый и бесстыжий, тут он начинал лить слёзы и жалобно просить, чтобы его помиловали:
- Мой желудок усохнет за день без жареной щуки и дичи.
Неисправимого типа прозвали Съем Всё. У него забрали ружья, капканы, сети и прочие орудия браконьерства. А как присматривали! Ему пришлось вести честную жизнь. Несчастный затосковал до того, что водка, которую он любил не меньше дичи, нисколько его не веселила.
Он слышал о Тиргартене: там во множестве водятся дикие кролики, от роду не видавшие охотников. В озёрах и протоках всплескивают жирные карпы. Здесь полно непуганых уток разных пород. «Уж где я сумею не остаться без добычи», – мечтал браконьер, представляя, как на берег к нему выходят утки, привыкшие, что люди их подкармливают.
Съем Всё переселился в Берлин.
|
|
